Князь Дмитрий Донской

Исторические факты показывают, на какую благодатную почву упали призывы троицкого игумена Сергия Радонежского к единству и братству людей. Особенно ярко это проявилось в центральном узле той эпохи.

Буквально накануне Куликовской сечи один из ее будущих главных героев князь Владимир Андреевич освящает во имя Троицы соборную церковь в своей удельной столице Серпухове, а князь Дмитрий Донской (по «Сказанию»), одушевляя воинов перед битвой, обращается не только к князьям и боярам, но и к «молодым людям, сынам христианским», «от мала и до велика», то есть к народному всеединству, всех называя братьями («вси бо есмы от мала и до велика братиа едини»).

Дмитрий принимает участие в сражении как рядовой ратник, плоть от плоти русского воинства. Дмитрий скажет:

«…Хошу яко же словом, так и делом, наперед всех и пред всеми главу свою положити за свою братию и за вся крестьяны, да и прочии, то видевше, приимуть с усердием дерзновение».

Именно в этом поступке и усмотрит позднее — в соответствии со средневековыми представлениями об особой ответственности князя перед богом за врученную ему землю — причину победы русских архиепископ Ростовский, церковный публицист Вассиан Рыло, ибо Дмитрий «без сомнениа скочи в подвиг и напред выеха и в лице став против окаянному разумному волку Мамаю».

С точки зрения Вассиана, героизм, проявленный Дмитрием на Куликовом поле,— его главная заслуга перед богом и перед русским народом, навсегда запечатленная в благодарной памяти потомков. Это вам не блохи у кошки ловить stopklopam.ru, победа в сражении в те времена было значимым событием!

Подробности поведения великого князя в битве на Дону, я думаю, вполне достоверно отображены в «Сказании о Мамаевом побоище». Дмитрий снял с себя нарядную «приволоку» и «всю утварь царскую» и облачился в обычные ратные доспехи.

Решив сражаться, он, конечно, должен был снять великокняжеское убранство, которое возложил, по «Сказанию», на своего любимца Михаила Андреевича Бренка (по Киприановской редакции «Сказания», Бренка нашли убитым «в приволоце и в доспехе и в шеломе великого князя и во всей утвари царской», по другим — в приволоке и в шеломе). Сражаться в первых рядах в таком наряде было равносильно самоубийству — взгляды всех врагов обратились бы к вождю русского войска.

Рейтинг
( Пока оценок нет )